Книги турецких писателей и книги о Турции



Сообщение
Автор
Аватара пользователя
Лёля
Всем энгинистам Энгинист
Сообщения: 16934
Зарегистрирован: 18 ноя 2013, 13:04
Репутация: 5

Re: Книги турецких писателей и книги о Турции

#81 Сообщение Лёля » 04 дек 2015, 04:10

Капа
давай в личку кину)))
Есть границы между странами, но нет границ между сердцами...
Ülkeler arasında sınırlar vardır ama kalpler arasında sınır yoktur..

Аватара пользователя
Лёля
Всем энгинистам Энгинист
Сообщения: 16934
Зарегистрирован: 18 ноя 2013, 13:04
Репутация: 5

Re: Книги турецких писателей и книги о Турции

#82 Сообщение Лёля » 04 дек 2015, 16:10

Раз уж не однажды тут вспоминали книгу "Сорок правил любви", сделаю полноценный пост.))
Изображение
Элиф Шафак "Сорок правил любви"
Аннотация
До сорока лет жизнь Эллы Рубинштейн протекала мирно и размеренно. Образцовая хозяйка, прекрасная мать и верная жена, она и предположить не могла, что принесет ей знакомство с рукописью никому не известного автора. Читая “Сладостное богохульство”, Элла перестает понимать, где находится – в небольшом американском городке в двадцать первом веке или в тринадцатом столетии в Малой Азии? С таинственным автором романа она переписывается или же с самим Шамсом из Тебриза, знаменитым и загадочным странствующим дервишем? Любовь врывается в ее сердце, полностью переворачивая привычную и такую милую ей жизнь…
Отрывок
Шамс

Март 1242 года, постоялый двор в пригороде Самарканда
Большие восковые свечи неровно горят передо мной на треснувшей деревянной столешнице. В этот вечер явившееся мне видение было яснее обычного.
Я увидел большой дом и двор, в котором цвели желтые розы, а посередине был колодец с самой холодной водой на свете. Стояла тихая августовская ночь, и на небе сияла полная луна. Где-то неподалеку кричали и выли ночные звери. Немного погодя из дома вышел мужчина средних лет, у которого было доброе лицо, широкие плечи и глубоко посаженные светло-карие глаза. Он посмотрел на меня. В лице у него была тревога, в глазах — печаль.
— Шамс, Шамс, где ты?! — закричал он, поворачиваясь то влево, то вправо.
Поднялся сильный ветер, и луна спряталась за тучей, словно не желая видеть, что будет дальше. Совы умолкли, летучие мыши попрятались, даже дрова в очаге внутри дома перестали трещать. На землю опустилась непроницаемая тишина.
Мужчина медленно приблизился к колодцу, наклонился над ним и заглянул внутрь.
— Шамс, дорогой, — прошептал он. — Ты там? Я открыл рот, желая ответить, но ни одного звука не слетело с моих губ.
Мужчина встал рядом с колодцем и еще раз заглянул в него. Поначалу он не увидел ничего, кроме черной воды. Потом сквозь покрытую рябью воду заметил, как на самом дне шевелится моя рука. Потом он узнал глаза — два блестящих черных камня, глядящих на полную луну, которая вышла из-за черных тяжелых туч. Мои глаза смотрели на луну, словно ожидая объяснений от небес.
Упав на колени, мужчина плакал и бил себя в грудь.
— Его убили! Убили моего Шамса! — завывал он.
В это мгновение из-за кустов появилась быстрая тень и, как дикая кошка, перепрыгнула через садовую ограду. Однако мужчина не обратил внимания на убийцу. Застигнутый невыносимым горем, он кричал и вопил, пока его голос не задребезжал, словно разбитый стакан.
— Эй, ты, перестань орать как сумасшедший.
— …
— Замолчи, или я вытолкаю тебя вон!
— …
— Я же сказал, заткнись! Ты не слышишь? Заткнись!
Голос звучал угрожающе. Я сделал вид, будто не слышу его, предпочитая хотя бы еще немного оставаться внутри своего видения. Мне хотелось побольше узнать о своей смерти.
Еще мне хотелось рассмотреть мужчину с печальным взглядом. Кто он такой? Какое отношение имеет ко мне? И почему с таким отчаянием ищет меня августовской ночью?
Однако прежде чем я опять смог увидеть его, кто-то из другого измерения схватил меня за руку и потряс с такой силой, что у меня громко застучали зубы. И выдернул в этот мир.
Медленно, с неохотой, я открыл глаза и увидел стоявшего рядом со мной человека. Это был высокий дородный мужчина с седой бородой и густыми, закрученными на концах вверх усами. В нем я узнал хозяина постоялого двора. И тотчас же обратил внимание на две вещи. Обычно он усмирял людей, которые ругались непотребными словами и всегда были готовы подраться. Сейчас он был в ярости.
— Чего вы хотите? — спросил я. — Зачем дергаете меня за руку?
— Чего я хочу? — со злостью прорычал он. — Я хочу, чтобы ты перестал кричать, вот чего я хочу. Ты распугаешь всех моих постояльцев.
— Правда? Я кричал? — переспросил я, пытаясь вырваться из крепкой хватки трактирщика.
— Еще бы! Ты ревел, как медведь, у которого в лапе застряла колючка. Что с тобой случилось? Заснул за обедом? Похоже, тебе приснился кошмар.
Я понимал, что это единственное приемлемое объяснение, и, если я соглашусь, трактирщик будет удовлетворен и отпустит меня с миром. Однако врать мне не хотелось.
— Нет, брат, я не заснул, и кошмар мне тоже не приснился, — произнес я. — У меня вообще никогда не бывает снов.
— Тогда почему ты кричал? — продолжал расспрашивать трактирщик.
— У меня было видение. Это совсем другое.
С изумлением поглядев на меня, он принялся сосать кончики своих усов. Потом сказал:
— Вы, дервиши, такие же сумасшедшие, как крысы в кладовке. Особенно странствующие дервиши. Весь день голодаете и молитесь, да еще расхаживаете под палящим солнцем. Ничего удивительного, что у тебя видения, — у тебя мозги поджарились!
Я улыбнулся. Может быть, он и прав. Говорят, очень тонкая грань между потерей рассудка и потерей Бога в себе.
Тут появились два прислужника, которые несли огромный поднос с жареной козлятиной, сушеной соленой рыбой, бараниной, приправленной специями, пшеничными хлебцами, турецким горохом и чечевичной похлебкой на бараньем сале. Они ходили по залу, раздавая кушанья, наполнявшие воздух ароматами лука, чеснока и специй. Когда они остановились около меня, я взял миску с похлебкой, над которой поднимался пар, и немного черного хлеба.
— У тебя есть деньги заплатить за еду? — спросил трактирщик покровительственным тоном.
— Нет, — ответил я. — Но позволь мне предложить тебе кое-что в обмен. Ты дашь мне поесть и крышу над головой, а я расскажу тебе о твоих снах.
Он фыркнул и подбоченился:
— Ты же сам сказал, что никогда не видишь сны.
— Правильно. Я объясняю сны, но сам их не вижу.
— Надо бы мне тебя выгнать. Говорил же я, что вы, дервиши, все помешанные, — произнес трактирщик, отплевываясь при каждом слове. — Вот тебе мой совет: не знаю, насколько ты стар, но наверняка ты довольно уже помолился на своем веку. Найди себе хорошую женщину и перестань скитаться по миру. Пусть она нарожает тебе детей. Тогда ты будешь прочно стоять на земле. Какой смысл в том, чтобы таскаться по свету, если везде одни только несчастья? Поверь мне. Нигде ты не отыщешь ничего нового. У меня бывают постояльцы из разных мест. Стоит им немного выпить, и я слышу одни и те же истории. Люди везде одинаковые. Одна и та же еда, одна и та же вода, одно и то же дерьмо.
— А я и не ищу ничего такого. Я ищу Бога, — сказал я. — Мой поиск — это поиск Бога.
— Тогда ты ищешь Его не в том месте, — неожиданно помрачнев, отозвался трактирщик. — В наши места Бог не заглядывает! Нам неизвестно даже, вернется ли Он когда-нибудь сюда.
Услышав это, я почувствовал, что у меня заколотилось сердце.
— Когда человек плохо говорит о Боге, он плохо говорит о себе, — произнес я.
Странная усмешка скривила губы трактирщика. На его лице я увидел выражение горечи и возмущения и чего-то еще, похожего на детскую обиду.
— Разве Бог не говорит, что Он ближе к тебе, чем твоя яремная вена? — спросил я. — Бог не где-то вдалеке на небе. Он внутри каждого из нас. Вот почему Он никогда не оставляет нас.
— И все-таки Он оставляет, — заметил трактирщик, и взгляд у него сделался холодным и вызывающим. — Если Бог и пальцем не шевелит, когда мы страдаем, разве это говорит о Его присутствии?
— Брат, сие есть первое правило, — отозвался я на эти жалобы трактирщика. — Мы видим Бога как прямое отражение самих себя. Если Бог слишком тяжело нагружает наши мысли страхом и виной, это значит, что в нас самих слишком много страха и вины. Если же мы думаем, что Бог дарит любовь и утешение, значит, мы сами готовы дарить любовь и утешение.
Трактирщик не замедлил возразить, но я понял, что мои слова удивили его.
— Получается, что все, отличное от слов Бога, рождается в нашем воображении? Не понимаю.
Однако я не успел ответить, потому что на другой стороне зала возникла ожесточенная перепалка. Мы обернулись и увидели двоих довольно неприглядного вида мужчин. Они явно были пьяны, ругались и нарушали покой остальных посетителей таверны. Они таскали куски мяса из их тарелок, выпивали вино из их кубков, а когда кто-то пытался их остановить, они нагло смеялись.
— Как ты думаешь, не пора ли мне это прекратить? — прошипел трактирщик сквозь зубы.
В один миг он оказался на другой стороне, схватил одного из пьяниц, поднял его со стула и влепил ему пощечину. Вероятно, тот не ожидал ничего подобного, потому что свалился на пол, словно пустой мешок.
Второй пьяница оказался покрепче, он отчаянно отбивался, однако трактирщику не понадобилось много времени, чтобы усмирить и его. Он ударил своего буйного клиента в грудь, а потом придавил его руку тяжелым сапогом. Послышался треск костей.
— Остановись! — крикнул я. — Ты же убьешь его. Разве ты этого хочешь?
Как суфий я дал обет защищать человеческую жизнь. В этом мире слишком много людей способно драться без всякого повода; остальные отличаются от них лишь тем, что находят к этому повод. А вот суфий не может драться, даже если у него есть и повод и причина. У меня не было права отвечать насилием на насилие. Однако я мог броситься и остановить трактирщика.
— Держись от меня подальше, дервиш, или я вышибу тебе мозги! — проорал трактирщик; однако мы оба знали, что он не сделает ничего подобного.
Через минуту прислужники подняли обоих пьяниц, из которых один был со сломанным пальцем, а другой со сломанным носом; крови хватало и на полу, и на них самих. В зале установилась пугающая тишина. Гордый страхом, внушенным своим посетителям, трактирщик искоса поглядел на меня. Когда он заговорил снова, похоже было, что он адресуется ко всем в зале, и его голос звучал гордо:
— Знаешь, дервиш, у меня тут не всегда так. Драться я не люблю, но иногда приходится. Когда Бог забывает о простых смертных, им приходится защищать справедливость своими руками. В следующий раз, когда будешь говорить с Ним, намекни Ему: мол, если Он оставляет своих овец, без защиты, они не будут ждать, пока кто-то придет и зарежет их. Они сами превратятся в волков.
Пожав плечами, я направился к двери.
— Ты ошибаешься.
— В чем же я ошибаюсь? В том, что был овцой, а стал волком?
— Да нет, не в этом. Ты и вправду стал волком. Но ты не прав, называя то, что делаешь, справедливостью.
— Подожди, я еще с тобой не закончил! — завопил трактирщик у меня за спиной. — Ты мне должен. За еду и кровать ты обещал рассказать мне, что означают мои сны.
— Я сделаю кое-что получше, — предложил я. — Прочитаю, что смогу, по твоей ладони.
Я повернулся и пошел прямо на трактирщика, неотрывно глядя в его сверкающие глаза.
Не доверяя мне, он инстинктивно отшатнулся. Но все же, когда я схватил его за правую руку и развернул ее ладонью вверх, он не оттолкнул меня. Я изучил линии ладони — глубокие, неровные, говорившие о неправедной жизни. Понемногу я стал различать цвета его ауры, ржаво-коричневый и светло-светло-голубой, почти серый. Его духовная энергия была истощена и истончилась, словно у него больше не хватало сил защищаться от внешнего мира. Внутри этот человек был не более живым, чем засохшее растение.
Растеряв духовную энергию, он удвоил физическую, которой пользовался с излишней расточительностью.
У меня быстрее забилось сердце, потому что удалось кое-что разглядеть. Все яснее и яснее проявлялась картинка.
Молодая женщина с каштановыми волосами и голыми ногами, покрытыми черной татуировкой, укрывала плечи красной расшитой шалью.
— Ты потерял любимую, — сказал я и взял его левую руку.
Ее груди полны молока, а живот до того большой, как будто еще немного — и разорвется пополам. Она была в горящей лачуге. Всюду воины на конях с посеребренными седлами. В воздухе стоит тяжелый запах горящей человеческой плоти. У всадников плоские широкие носы, короткие и толстые шеи, а сердца у них тверже камня. Могучая армия Чингисхана.
— Ты потерял двоих любимых людей, — исправил я свою ошибку. — Твоя жена была тяжела твоим первенцем.
Трактирщик свел брови на переносице, не отрывая взгляда от своих кожаных сапог, потом крепко сжал губы, и его лицо стало непроницаемым. За одно мгновение он как будто постарел на много лет.
— Я знаю, что не может быть тебе утешения, но полагаю, кое-что ты должен знать, — произнес я. — Ее убили не огонь и не дым. Доска упала с потолка и ударила ее по голове. Она умерла мгновенно, не почувствовав боли. Ты всегда считал, что она очень мучилась, а на самом деле ничего такого не было.
Трактирщик наклонился, будто придавленный невидимым грузом.
— Как ты узнал? — проскрипел он.
Я не стал ему отвечать.
— Ты винил себя за то, что не похоронил ее как полагается. Ты все еще видишь в снах, как она ползет из ямы, в которой похоронена. Твое сознание играет с тобой. На самом деле с твоей женой и сыном все в порядке, пятнышками света они путешествуют в бесконечности. — Потом я добавил, отчетливо произнося каждое слово: — Ты можешь опять стать овцой, потому что такова твоя душа.
Выслушав меня, трактирщик выдернул руку, как будто обжегся о сковородку.
— Дервиш, ты не нравишься мне. Сегодня оставайся, а завтра утром чтоб духу твоего тут не было. Не хочу видеть твое лицо в своем доме.
Вот так всегда. Стоит сказать правду, и тебя начинают ненавидеть. Чем больше говоришь о любви, тем сильнее тебя ненавидят.

Отзывы

Viktoriya_Angel.
Эта книга произвела на меня очень приятное впечатление и наполнила сознание мириадами интересных мыслей. Я нахожу некоторое сходство данного произведения Элиф Шафак с романом Дорис Лессинг "Лето перед закатом", но не подражательное, а просто тематическое, даже, где-то атмосферное.
Две женщины сорока и сорока пяти лет, которые пожертвовали своим образованием и каръерой, ради создания семьи, а потом, спустя годы, за показной оболочкой идеальной жизни идеальной семьи, за повседневными, доведёнными до автоматизма хлопотами они увидели и осознали, что их жизнь вовсе не безупречна, а очень даже наоборот и как дальше жить? Признаться, в романе Элиф Шафак меня совсем не вдохновляла часть, в которой повествуется о событиях XXI века, как-то всё типично и предсказуемо описано (впрочем, это до определённого момента), но вот вторая часть романа, события которой развиваются в XIII веке, - это уже совсем иная история и, соответственно, впечатления. Я так предполагаю, что писательница, используя приём переплетения двух существенно отдалённых друг от друга временных отрезков, решила завладеть вниманием читателей и в очередной раз подтвердить давно известную истину о том, что всё в этом мире постоянно и неизменно повторяется, а люди, ну, люди, как метко об этом сказал Михаил Булгаков устами своего таинственного и неоднозначного героя Воланда:«— Ну что же, «…» люди как люди. Любят деньги, но ведь это всегда было. . . Человечество любит деньги, из чего бы те ни были сделаны, из кожи ли, из бумаги ли, из бронзы или из золота. Ну, легкомысленны. . . ну, что ж. . . и милосердие иногда стучится в их сердца. . . обыкновенные люди. . . в общем, напоминают прежних. . . квартирный вопрос только испортил их. . . »

Отдельное недовольство хотелось бы выразить переводчику, потому что в тексте довольно часто попадались нелепицы подобного плана:
- «Дома непотребства существовали испокон времени»;
- «Только благодаря ему я смог познакомиться с теми, мимо кого обычно проходил мимо».
Ну, и дальше в том же духе :)Осторожно, дальше о приятном, но со спойлерами :). . .
Из приятно-положительных особенностей этого романа, отдельно хотелось бы выделить:• Наслаждения тончайшим кружевом суфийской мысли;• Пара Шамс Тебрези и ученица Руми Кимья, словно переносятся из XIII века в наши с вами дни и получают развитие и логическое/доработанное завершение в отношениях Азиза и Эллы. Реинкарнация в чистом виде с дальнейшим осознанием и исправлением прежней ошибки. Этот приём меня очень даже впечатлил;• Наравне с мудрыми высказываниями, в текст повествования органично вплетены поучительные истории, которые хочется не просто законспектировать, но и заучить на память :) Вот, например, одна из них, которая особенно мне понравилась. Два человека ехали из одного города в другой и оказались на берегу реки, которая высоко поднялась из-за дождей. Едва они собрались пересечь поток, как заметили молодую прекрасную женщину, которая была совсем одна, и некому было ей помочь. Один немедленно подошел к ней. Он поднял ее и перенес на другой берег. Опустив ее на землю, он попрощался с ней, и они отправились дальше.

Остаток пути его приятель был необычайно молчалив и не отвечал на вопросы.
Прошло несколько часов. Наконец не в силах больше молчать, он сказал: «Зачем ты коснулся этой женщины? Она могла совратить тебя! Мужчины и женщины не должны соприкасаться!»

Тогда первый мужчина так ответил второму: «Мой друг, я перенес женщину через реку и оставил ее на берегу. Это ты несешь ее до сих пор!»

• Отдельная благодарность автору за проникновенное описание такого удивительного явления, как сема или мевлеви, - танец дервишей.

Lelishna.
Восточные мотивы не услаждают глаз
Несколько раз я пыталась подружиться с восточными авторами. Помнится, пыталась читать книги Орхана Памука, Салмана Рушди, но все мимо. И не сказать, что книги попадались плохие. Просто стиль повествования не мой. И вот, недавно в очередной раз наступила на эти же грабли, только на этот раз не по своей вине. Подруга посоветовала прочитать роман дочери турецкого дипломата Элиф Шафак, родившейся во Франции. Книга называется «Сорок правил любви»

Итак, живет где-то на этой земле одна среднестатистическая семья. Муж и жена среднего возраста, дети у них. Вроде бы, все чин по чину, супруга Элла Рубинштейн – идеальная хозяйка, только жить и радоваться. Однако ее постоянно терзают сомнения, а однажды под руку попадается книг никому не известного писателя. Написанное настолько заинтересовывает Эллу, что она решает написать автору по электронной почте. В итоге, между писателем читателем завязывается переписка. Они беседуют о самых важных вещах. В конце конов, граница между реальностью и вымыслом стирается, и Элла уже не знает, то ли она переписывается с автором книги, то ли с ее главным героем…
Вот сейчас рассказываю, о чем книга и кажется, что сюжет очень интересный, но на деле почему-то книжка меня не увлекла. Да, в ней имеются мудрые мысли, я даже выписала несколько цитат, но все было не то. И интерес к книге стремительно угасал, а подбросить дров в костер интереса было не откуда. Пришлось книжицу не дочитать, хотя, уговаривала себя, как могла. Нашла в интернете немало позитивных отзывов на «Сорок правил любви» и даже что-то вроде письма о том, как долго человек ждал, чтобы Шафак начали переводить на русский язык. Но, к сожалению или к счастью, ничто не могло разбудить мой интерес, который впал в кому. И кто же в этом виноват? Книжка-то, должно быть, не плохая. Просто восточные авторы у меня почему-то не идут. И я еще раз в этом убедилась. Цитаты
• Не на страсти держится брак, а на куда более важных вещах, - на взаимопонимании, привязанности, жалости, на способности прощать. По сравнению со всем этим любовь отходит на второй план.
• Мы видим Бога как прямое отражение самих себя. Если Бог слишком тяжело нагружает наши мысли страхом и виной, это значит, что в нас самих слишком много страха и вины. Если же мы думаем, что Бог дарит любовь и утешение, значит, мы сами готовы дарить любовь и утешение.
• Люди обычно относятся с пренебрежением к тому, чего не понимают.
• Сорок лет – самый прекрасный возраст и для мужчин, и для женщин. Вам известно, что мистики считают, будто цифра сорок символизирует переход на более высокий уровень и духовное пробуждение? Когда мы в трауре, то траур длится сорок дней. Когда рождается ребенок, ему нужно сорок дней, чтобы освоиться с новой жизнью. Когда мы влюбляемся, нам нужно подождать сорок дней, чтобы убедиться в своем чувстве.

Roni.
Мамо - за что? Я ль не любимая дочь твоя (тем более что других вроде как нету)? Не я ль тебе внуков нарожала? И даже блины по твоему рецепту печь умею.
А ты мне подсовываешь псевдо-Коэлью в суфийской обёртке, с микро-элементами "Одиночества в сети" и рекомендуешь прочитать. Не, некоторые правила любви пришлись мне по душе. Там где говориться, что надо работать над собой и вся такая байда, но вообще-то этот чёртов Шамс выглядит как-то смешно - разговаривает, разговаривает и тут бац - 35 правило любви ни к селу, ни к городу. Потом терпеть не могу, когда мужики бабёнкам не дают. Ну, то бишь в жизни такое вполне может быть, это я осознаю, может, там не нравится ему женщина или ещё чего, нормально - бывает, чего сокрушаться, но вот в книжках все должны предаваться разнузданным страстям, ибо нефиг. А то женился этот Шамс, а с женой не спит - это зачем? Чтобы показать его святость, железную волю и бабу-дуру, что так на него обиделась, что аж умерла? Ну ладно, черт с ним, может, она тоже не права, нечего замуж выходить за кого попало по большой любви.
Но когда у второй главной героини - Эллы, которая читает книжку автора, который как раз пишет про чёртового Шамса, и с автором этой книжки она вступает в виртуальную переписку, в которой он реально рассказывает про то, "как я стал буквой С в слове суфий" и дальше и про букву у, ф, и - наша автор-американо-турчанка Шафак сущий педант без чувства юмора. И чего-то я запуталась в предыдущем предложении, и в авторах, ну да ладно, так вот этой Элле этот автор тоже красный сигнал светофора показывает, перед этим разогнав её состав по самое не балуйся. Это ваще подлость - два раза в одной книжке! Не по-людски!И ваще эта Элла - дура. Её на работу берут, работа заключается в том, чтобы книжки читать и писать на них отзывы - то бишь LL чистой воды, а она ещё кочевряжится - дайте мне четыре недели, я за три не успею, дайте мне другую книжку, я про дервишей ничо не знаю. Коза прямо натуральная!Так что мамусик - мимо, хотя идея сбежать в закат, канеш, хороша.
Взяла отсюда
http://bookz.ru/authors/elif-6afak/sorok-pr
Впечатления
Читала давно. Оставила книга в общем и целом приятное впечатление, но какое-то неглубокое. Пока читала, нравилось. Очень легко шла. Закрыла - забыла. Мне как-то больше история про Шамса и Руми была интересна. Наверно, я искала информацию о Руми, хотела именно этого. Отзывов много, в основном хвалят. Выбрала те, что показались более интересными и разными. А истина как всегда где-то посередине.
Читать можно тут, например
http://royallib.com/read/Shafak_Elif/sorok_pravil_lyubvi.html#0
Есть границы между странами, но нет границ между сердцами...
Ülkeler arasında sınırlar vardır ama kalpler arasında sınır yoktur..

Аватара пользователя
Капа
Всем энгинистам Энгинист
Сообщения: 5370
Зарегистрирован: 25 дек 2013, 19:46
Репутация: 5
Откуда: Нижний Новгород

Re: Книги турецких писателей и книги о Турции

#83 Сообщение Капа » 06 мар 2016, 15:16

Начинаю отчет.
Изображение
Сразу делайте поправку на то, что книга написана в 2004г и автор Шарлотта Макферсон не наша соотечественница, многие интерпретации даны с западной колокольни.
Пока об образовании.
В Турции обязательным является 8-летнее обучение с 6 лет, есть частные школы и государственные, последние всегда переполнены. Детские сады только частные. Сделать карьеру женщине с образованием легче, чем на западе( со слов автора), т.к таких женщин не так уж и много и к ним относятся с большИм уважением +поблажки, как женщине. Много женщин -экономистов, адвокатов, учителей и пр, но нет женщин- водителей такси, автобусов и подобных профессий.В начальной школе неделя начинается и заканчивается исполнением национального гимна. Ежедневно дети обещают следовать принципам Ататюрка, скандируя:" я-турок, я прав fft , я прилежно учусь. Мой девиз- защищать слабых, уважать старших, любить мою страну и народ больше, чем самого себя. Моя страна движется к процветанию и счастью. О, великий Ататюрк, я клянусь, что всегда буду идти по тому пути, который ты мне начертал, и стремиться к той цели, которую ты мне указал. Позволь мне целиком посвятить себя турецкому народу. Как счастлив тот, кто может сказать:" Я- турок" Наши совковские октябрятские и пионерские правила и клятвы -детский лепет. А теперь представьте, что это с 6 лет, каждый день 8 лет. uu Зомби. Может я чего-то не понимаю, но как там тогда живут и учатся дети от смешанных браков или других национальностей? Для них другие школы? Об этом ничего в книге не нашла.
книжечка маленькая, подробностей нет, натыкаюсь на непонятные вещи, но потом можно будет где-нибудь найти.
Праздники Как и у нас, в Турции есть государственные праздники, религиозные и местные. Страна живет по григорианскому календарю и гос. праздники- это дата, как правило соответствующая чему-то из жизни Ататюрка, но религиозные праздники рассчитываются по мусульманскому лунному календарю( как у нас Пасха, каждый год в разное время). Если гос. праздник выпадает на выходной день, то получите 2 в 1,никакой компенсации( у нас лучше :-D )
НОВЫЙ ГОД. истинные мусульмане считают грехом праздновать его, но сейчас празднуют практически все, тем более, что Санта Клаус своим происхождением обязан Св. Николаю, тот из Ликии, а это территория нынешней Турции. Вот такое вот обоснование ;) :-D
23 апреля Чоджук байрамы-День национальной независимости и Праздник ребенка, в этот день Ататюрк созвал Великое национальное собрание. Дома и гос. здания украшают государственными флагами, в школах торжественные линейки pioner , возложение цветов и митинги у памятника Ататюрку. И еще дети ходят по домам, поэтому надо запастись сладостями, чтоб их угощать.
19 мая Генчлик байрамы- Праздник молодежи и спорта, спортивные состязания, парады, приурочен к дате прибытия Ататюрка в Самсун для организации революции и подготовки войны за независимость, поэтому главные мероприятия в Самсуне.
30 августа- Зафер байрамы День победы, день изгнания иностранных войск с турецкой земли. тут все, как у нас, парады всех видов войск, но вечером факельное шествие ff
29 октября Джумхуриет байрамы- день республики- годовщина основания республики , все, как в день независимости.
10 ноября это не праздник и не выходной, т.к это день кончины Ататюрка. В минуту молчания включаются сирены и пожарные сигналы. Все машины останавливаются. Если вы оказались в это время в Турции, то надо помолчать, ни в коем случае не требовать от таксиста ехать и пр, т.к можно нарваться.
Увидев вас всего лишь только раз,
Во мне открылся мир неповторимый.
Я вас люблю, я думаю о вас,
И повторяю в мыслях ваше имя.

Аватара пользователя
Капа
Всем энгинистам Энгинист
Сообщения: 5370
Зарегистрирован: 25 дек 2013, 19:46
Репутация: 5
Откуда: Нижний Новгород

Re: Книги турецких писателей и книги о Турции

#84 Сообщение Капа » 10 июл 2016, 16:40

Я копалась у мамы в библиотеке и нашла Гарем Беатрис Смолл. О чем не знаю, прочту отпишусь.
Увидев вас всего лишь только раз,

Во мне открылся мир неповторимый.

Я вас люблю, я думаю о вас,

И повторяю в мыслях ваше имя.

Аватара пользователя
Лёля
Всем энгинистам Энгинист
Сообщения: 16934
Зарегистрирован: 18 ноя 2013, 13:04
Репутация: 5

Re: Книги турецких писателей и книги о Турции

#85 Сообщение Лёля » 13 июл 2016, 20:09

Капа писал(а): нашла Гарем Беатрис Смолл.

фигня...я читала..давно...Беатрис Смолл - из разряда дамских кексуально-маньячных ( как я их называю) романисток...что-то типа "он обвил своими мускулистыми руками ее гибкую тонкую талию и неистово впился горячими губами ...."
Есть границы между странами, но нет границ между сердцами...
Ülkeler arasında sınırlar vardır ama kalpler arasında sınır yoktur..

Аватара пользователя
Ируся
Всем энгинистам Энгинист
Сообщения: 50273
Зарегистрирован: 16 ноя 2013, 20:30
Репутация: 5
Откуда: Питер

Re: Книги турецких писателей и книги о Турции

#86 Сообщение Ируся » 13 июл 2016, 20:50

Лёля писал(а):"он обвил своими мускулистыми руками ее гибкую тонкую талию и неистово впился горячими губами ...."

ffhh я в 90-х такоЭ читала :-D :-D :-D когда тока на рынке все это появилось.
ИзображениеИзображение

Аватара пользователя
Лёля
Всем энгинистам Энгинист
Сообщения: 16934
Зарегистрирован: 18 ноя 2013, 13:04
Репутация: 5

Re: Книги турецких писателей и книги о Турции

#87 Сообщение Лёля » 17 июл 2016, 20:57

Ируся писал(а):я в 90-х такоЭ читала

и я читала :-D у нас еще киоски по обмену этой бредятины на рынке были....купишь таких штуки 3 и меняешь потом, пока не надоест...мозги от забот и расстройства на вечер очищало :-D :-D :-D
Есть границы между странами, но нет границ между сердцами...
Ülkeler arasında sınırlar vardır ama kalpler arasında sınır yoktur..

Аватара пользователя
Лёля
Всем энгинистам Энгинист
Сообщения: 16934
Зарегистрирован: 18 ноя 2013, 13:04
Репутация: 5

Re: Книги турецких писателей и книги о Турции

#88 Сообщение Лёля » 02 фев 2017, 07:51

Есть границы между странами, но нет границ между сердцами...
Ülkeler arasında sınırlar vardır ama kalpler arasında sınır yoktur..

Аватара пользователя
элиза
Всем энгинистам Энгинист
Сообщения: 19370
Зарегистрирован: 16 ноя 2013, 20:41
Репутация: 5

Re: Книги турецких писателей и книги о Турции

#89 Сообщение элиза » 30 мар 2017, 20:54

Американские кинокомпании ведут переговоры о съёмках мадонны в меховом манто турецкого писателя Сабахаддина Али, книга которого изданная в 1943 году, недавно попала на рынок в переводе на английский язык и вообще 15 языков и уже несколько лет хорошо продаётся повсюду. Кто там будет играть неизвестно, главные роли уж точно не Берен и Илькер Калели, а иностранные актёры.
Hollywood 'Kürk Mantolu Madonna'nın peşinde!
Sina Koloğlu, 'Sabahaddin Ali'nin "Kürk Mantolu Madonna" adlı eserinin dizi olacağı iddiasını' yalanladı. Koloğlu "Amerikalı yapım şirketleri eserin peişinde" dedi.

http://www.medyaloji.net/son-haber/kurk ... 50089.html
Зрители на дешёвых местах могут похлопать, остальные могут потрясти бриллиантами.


Изображение

Аватара пользователя
элиза
Всем энгинистам Энгинист
Сообщения: 19370
Зарегистрирован: 16 ноя 2013, 20:41
Репутация: 5

Re: Книги турецких писателей и книги о Турции

#90 Сообщение элиза » 21 апр 2017, 12:26

НОВОСТЬ, КНИГА ОГУЗА АТАЯ НЕУДЕРЖАВШИЕСЯ ( оторвавшиеся от реальности) ВСЁ ТАКИ ПЕРЕВЕДЕНА НА АНГЛИЙСКИЙ ЯЗЫК, ПО ПЛАНУ,КАК ОБЕЩАЛИ ВЕСНОЙ 2017
Культовая книга Огуза Атая впервые издана в переводе на английский язык.714 страниц. Оторванные от реальности,Отсоединенные, Неприкаянные, Те, кто не может удержаться. Слово придумано автором, его не было в турецком языке,Tutunamayanlar-Those who can not hold
Tutunamayanlar ( или вариант "Неудачники")
Огуз Атай

Краткое изложение книги: Молодой инженер Тургут Озбен исследует причины самоубийства своего близкого друга Селима Ишика. Люди, близкие к Селиму Ишику, объединяют свои знания, чтобы пролить свет на неизвестные аспекты его жизни. В свои последние дни Селим собирал «энциклопедию неудачников», в которой он зарезервировал для себя место. Энциклопедия оказываетcя полезной для Тургута Озбена в его поисках себя. В ходе его расследования: он понял ,что он тоже неудачник, или многолетний "никто" .До сегодняшнего дня он живёт по привычке и ритуалу. Он порвал с этим существованием, уходит из дома и садится на поезд и больше его никто не видел

Причины выбора для перевода: Вероятно, самый выдающийся роман турецкой литературы XX века, произведение, получившее высокую оценку критиков и популярность, предлагает бесконечную серию трагикомических наблюдений, экспансивную и критическую панораму турецких манер, установок и клише через Глубокое чувство иронии, пародии, темного юмора и экзистенциального допроса. Несмотря на то, что он представляет серьезную проблему даже для самого квалифицированного переводчика с его калейдоскопом коллоквиализмов и огромным размером (около 700 страниц), он в лучшем случае представляет турецкую литературу.
РЕКОМЕНДАЦИЯ ЮНЕСКО :Его перевод на широко известный язык мира является обязательным.
http://www.bbc.com/turkce/haberler-39656029


Изображение
Зрители на дешёвых местах могут похлопать, остальные могут потрясти бриллиантами.


Изображение

Аватара пользователя
Лёля
Всем энгинистам Энгинист
Сообщения: 16934
Зарегистрирован: 18 ноя 2013, 13:04
Репутация: 5

Re: Книги турецких писателей и книги о Турции

#91 Сообщение Лёля » 21 апр 2017, 15:20

элиза писал(а):КНИГА ОГУЗА АТАЯ НЕУДЕРЖАВШИЕСЯ

Еще бы по-русски было....
Есть границы между странами, но нет границ между сердцами...
Ülkeler arasında sınırlar vardır ama kalpler arasında sınır yoktur..

Аватара пользователя
Лёля
Всем энгинистам Энгинист
Сообщения: 16934
Зарегистрирован: 18 ноя 2013, 13:04
Репутация: 5

Re: Книги турецких писателей и книги о Турции

#92 Сообщение Лёля » 21 апр 2017, 20:07

Романы Орхана Памука как театр времени

Благодарю супруга Александра за плодотворный совместный труд.

Аполлинария Аврутина
Идеи многих турецких писателей XX века, в романах которых мы находим сочетание традиционных черт классической восточной литературы мусульманского мира и традиционных канонов европейской словесности, определили облик современной Турции – страны, которая мечется между Востоком и Западом, стремительно меняя курс на противоположный. Еще совсем недавно Турция, имея официальный статус страны – кандидата в члены ЕС, ставила во главу угла европейские культурные ценности. Европейские ценности в определенной степени доминировали и в турецкой литературе XX века: различные виды свобод, равенство и права женщин, секуляризация общества – главные темы ведущих турецких романов.

Орхан Памук – один из самых молодых нобелевских лауреатов и самый известный турецкий писатель конца XX – начала XXI века, либерал и сторонник европоцентризма. В своих ранних интервью он проповедовал модернизм, европеизацию и евроинтеграцию, а в начале своего творчества по сути выступил в роли продолжателя дела целой плеяды турецких авторов, взоры которых, несмотря на разницу в политических убеждениях, были устремлены только к Западу и его культуре.

Об этом повествует один из первых романов писателя «Дом тишины» (1983). Главный герой романа стремится к достижениям западной науки и культуры, но противостоит ему собственная жена, дочь богатых придворных, которая всю жизнь провела в ссылке из-за политических воззрений мужа и проклинала его творческие увлечения. В этом произведении автором использован интересный прием, который будет не раз проявляться в дальнейшем творчестве: об одном и том же событии рассказывается от лица нескольких героев, что создает у читателя впечатление пьесы, которую читают разные актеры.

Российскому читателю Памук надолго запомнился как литератор-художник, без конца экспериментирующий с цветом. Излюбленным вопросом читателей на пресс-конференциях автора в России был вопрос о том, какому цвету будет посвящен следующий роман. В самом деле, первые опубликованные в России романы, переведенные В. Б. Феоновой, были связаны с символикой цвета, ставшего основой декорации действия. Памук, несостоявшийся художник, красками задавал направление и настроение сюжета. Именно такими романами являются его легендарные «Черная книга», «Имя мне – Красный», «Белая крепость».

Тут, конечно, следует отдельно упомянуть первый роман Памука «Джевдет-бей и его сыновья» (1982), за который совсем еще юный автор получил ряд национальных премий. В то же время этот роман стоит особняком в творчестве турецкого писателя, представая по сути экспериментом синтеза традиций европейской семейной саги с восточным этнографическим материалом. Многие критики недолюбливают этот роман за то, что он является турецкой версией «Будденброков» Томаса Манна.

Этого не скажешь о романе «Черная книга» (1990), с которым Памук буквально ворвался в мировую литературу – настолько ярко, что об этом романе писали в своих произведениях многие европейские авторы (например, герой романа Эрленда Лу «Наивно. Супер» читает «Черную книгу», сидя в аэропорту в ожидании рейса). О цвете в романе нет почти ни слова, но атмосфера повествования, судьбы героев и, главное, нависающий над ними огромный Стамбул, с его многовековой историей и бездонным Босфором, изображены Памуком так, что читатель воспринимает их как черно-белый фильм. Надо ли говорить, что финал у романа не самый радостный?

Более жизнерадостным предстает роман «Имя мне – Красный» (1998). В этом романе главным героем является цвет, доминировавший в миниатюрах мастеров гератской школы в Иране XV века (несмотря на постоянное политическое противостояние между Ираном и Османской империей, персидское культурное влияние в османском государстве было велико). С читателем разговаривают картины, их персонажи, как одушевленные, так и неодушевленные, а главное – цвета. Детектив и любовный роман, история персидской и османской миниатюры, сложные исторические и этнографические подробности со всей мощью погружают читателя в атмосферу османского города XVII века.

Примерно в тот же период происходит действие романа «Белая крепость» (1985), который стал доступен русскоязычному читателю позже вышеназванных. Этот роман в определенной степени является антиподом «Черной книги»: «Черная книга» объемна, а «Белая крепость» достаточно коротка; действие «Черной книги» происходит практически в наше время, а события «Белой крепости» – в XVI–XVII веках. Белый цвет здесь служит символом недостижимой цели, к которой оба героя стремятся через все повествование, крепость из белого камня, которую не удается взять османской армии, символизирует таинственный Запад со всеми его культурными и научными достижениями. Читатель словно бы видит черно-белые изображения, но в случае «Черной книги» это черно-белое кино, а в «Белой крепости» – скорее гравюры знаменитого французского архитектора и художника Антуана Игнация Меллинга (1763–1831), бывавшего в Стамбуле и участвовавшего в возведении многочисленных зданий. Финал этой книги гораздо более оптимистичный, а поэтому и сама она кажется более светлой и радостной, белой. Читатели часто по ошибке называют ее «Белой книгой».

Один из героев «Белой крепости» говорит о том, что разделение Востока и Запада призвано не подчеркнуть различия людей и культурных традиций, а искусственно разобщить их. Эта мысль не раз высказывается в сборнике эссе «Другие цвета» (1999), в котором автор обращается к проблемам отношений писателя и читателя, Турции и Европы, Востока и Запада. Этот сборник несколько выделяется в творчестве Памука. Во-первых, его название как бы завершает цветовой цикл произведений и намекает на начало нового цикла. Во-вторых, в этих эссе затронуты не только проблемы литературы и искусства в жизни европейца и восточного человека, но и политические темы. Некоторые статьи сборника посвящены вопросу вступления Турции в Европейский Союз.

За все время своей писательской деятельности Памук несколько раз выступал с публицистическими произведениями. Здесь можно упомянуть ряд не переведенных в России книг. Прежде всего, сборник Нортоновских лекций под названием «Наивный и сентиментальный автор», прочитанных Памуком в Гарвардском университете в 2011 году. Кроме того, в 2010 году в Турции была опубликована американская версия «Других цветов», существенно отличающаяся от первоначальной, где много места уделено турецкой литературе и культуре. В этом варианте книга получила название «Фрагменты пейзажа» и содержит большое количество эссе на политические темы.

Проблема отношений Востока и Запада предстает в «Новой жизни» (1994), которая кажется отступлением автора от экспериментов с цветом, хотя тематически этот роман продолжает «Черную книгу», а визуально – фильм «Скрытое лицо» режиссера Омера Кавура, который снят по сценарию, созданному Памуком по мотивам одной главы «Черной книги». Главный герой «Новой жизни» пребывает в поиске своей возлюбленной, совсем как герой «Черной книги», но географией его поисков становится не Стамбул, а вся страна. Жизнь персонажей романа полностью меняется после прочтения некой загадочной книги. И читателю, и критику предстоит долго гадать – что же за книгу читают герои? На этот вопрос нет ответа, но среди мнений, высказанных читателями Орхана Памука, лидирует одно – герои читают Коран. Конфликт Востока и Запада высказан словами персонажа по имени Нарин, который коллекционирует часы потому, что часы помогают верующему приблизиться к Аллаху. Дело в том, что в исламе жизнь верующего строго регламентирована обязательными обрядами, для отправления которых требуется точное знание времени. С точки зрения доктора Нарина, изобретение, которое Запад считает своим, – часы, для Востока стало инструментом для обретения внутренней гармонии.

Самым политизированным романом Памука считается «Снег» (2002), который в России из-за бескрайней любви турецкого писателя к Достоевскому и Толстому мгновенно окрестили «самым русским его романом». Тетрадь Ка ассоциируется у читателей с тетрадью Юрия Живаго, русско-армянский город Карс – с российской архитектурой и русским снегом, а общее развитие событий напоминает роман «Бесы» Достоевского. Ка – классический герой русской литературы. Он чем-то напоминает Онегина, Чацкого, может быть даже Печорина. Вокруг Ка происходят определенные события, жизнь диктует ему свои условия и создает вокруг него различные ситуации, он действует под впечатлением от тумана и снега – но противопоставить всему происходящему целостную личную концепцию он оказывается не в состоянии. Все, что делает Ка, он, подобно Раскольникову, который «убить-то убил, а душу человеческую не учел», как бы не доводит до конца. Ужасает в «Снеге» сходство сцены военного переворота и захвата власти в Карсе, произошедшего во время спектакля, с реальными событиями октября 2002 года, когда террористы захватили 912 человек во время спектакля «Норд-Ост» в московском театре. Театр в романе становится центром всех событий, актеры – главными действующими лицами в жизни, а сценическая постановка – реальностью, которая руководит судьбами людей.

Если в произведениях первого периода творчества Памук экспериментировал с цветами, а во второй увлекся политическими темами, то третий период, очевидно, следует считать периодом увлечения этнографией города и его пространством, которое выступает как декорация к событиям новых романов.

В вымышленных мемуарах «Стамбул: город воспоминаний» (2003) реальным действующим лицом выступает город, а не альтер эго автора, хотя читатель до последнего воспринимает книгу как историю жизни самого Памука. Город является одушевленным персонажем, имеющим все атрибуты живого лица – эмоции, настроения, мысли, воспоминания. Город – это декорация и музей своего времени, который проживает собственную жизнь, не слагающуюся из жизней населяющих его людей, лишь позволяя им появиться в своей истории. «Стамбул: город воспоминаний» – не мемуары и не историческое исследование, а иллюстрация к состоянию города в определенный исторический момент, что подчеркивается большим количеством фотографий из личного архива автора.

Похожий прием повторяется в псевдолюбовном романе «Музей невинности» (2008) – Памук разыгрывает перед зрителем мелодраму, в которую читатель охотно верит. В этом спектакле присутствуют традиционные для народного театра действующие лица – влюбленный, потерянная возлюбленная, добрая старушка, мудрый советчик, злодей-разлучник и многие другие. В заключение любовной истории с грустным концом писатель приводит список действующих лиц, как в театральной пьесе. Живой иллюстрацией к событиям романа является музей, открытый писателем в Стамбуле, в котором хранятся вещи, описанные в романе и принадлежавшие героине. По действию книги музей, посвященный памяти героини, открывает в ее доме главный герой, страдающий от неразделенной любви после ее гибели. На самом деле музей задуман и стал этнографическим памятником жизни Стамбула 60–70-х годов XX века и демонстрирует современному посетителю и читателю часто уже исчезнувшие из обихода предметы, которые выступают в роли памятника времени. В музее и в романе Памук экспериментирует с пространством, превращая обычные предметы в арт-объекты. Стамбул и его время здесь являются не только фоном и декорацией всех событий, но и некоей незримой силой, определяющей судьбы героев и ход событий. Памук не раз говорил, что «Музей невинности» – это попытка создать энциклопедию времени, подобно «Анне Карениной» Л. Н. Толстого. Место и время и соответствующие им правила жизни общества задают границы возможного в предлагаемых обстоятельствах.

В произведениях текущего периода творчества Памук демонстрирует скорее разочарование автора в европейских ценностях и ностальгию по традиционному Востоку. Герои романов «Музей невинности», «Мои странные мысли» (2014) и «Рыжеволосая Женщина» (2016) в конце жизни и в финале повествования, как правило, устают от модернизма, современного темпа жизни и ее ценностей, возвращаются к ценностям традиционным, а главное, ностальгируют по прошлому.

Главный герой романа «Мои странные мысли» Мевлют – представитель исчезающей профессии, уличный торговец традиционным напитком из проса – бузой. Он бродит по улицам растущего и меняющегося города, пытаясь остановить время. Люди приходят и уходят, а город остается и продолжает жить, неподвластный времени, хотя и становится неузнаваемым. Город и в этой книге выступает декорацией, на фоне которой проходят жизни действующих лиц. В этом романе Памук впервые отчетливо заявляет прямо противоположное тому, с чего началась его писательская карьера. Если предыдущий роман, «Музей невинности», еще только проявляет сомнения в симпатиях между Востоком и Западом, то здесь авторский взгляд очевидно благосклонен к демонстративно традиционному Мевлюту, человеку из народа, который придерживается исламских ценностей и совершенно не намерен меняться. Все происходящие с Мевлютом жизненные неурядицы никак не влияют на его душевное равновесие, укорененное в восточных традиционных ценностях. Напротив, все, кто впустил перемены и отступления от обычаев в свою жизнь, в этом романе сильно страдают, как страдают и оба главных героя романа «Музей невинности», нарушившие устоявшуюся традицию.

Новый роман Памука «Рыжеволосая Женщина» также отличается от ранних произведений автора. Он представляет собой «роман в романе», написанный сыном главного героя, отбывающим срок в тюрьме за убийство отца. Главный герой (отец) долгое время считал себя частью западной традиции, олицетворяемой античным мифом об Эдипе. На самом деле он в душе проходит путь от увлечения европейской моделью отношений отца и сына до разочарования в ней, проникаясь во второй половине жизни традиционной для Востока историей Рустама и Сухраба. Но раскаяние героя в пристрастии к европейским ценностям приходит слишком поздно: он жестоко наказан – убит, не успев реализовать себя ни в качестве творца-писателя, ни в качестве творца личности – отца. Его единственный сын, твердый приверженец традиционных мусульманских взглядов, убивает его, перед этим упрекая в безбожии и в потере себя. И если в «Снеге» кара следует за предательство, то в «Рыжеволосой Женщине» уже сама склонность к западному образу жизни является поводом для наказания.

Совершив убийство, сын, хоть и оказывается в тюрьме, фактически наказания не несет, реализовав себя и свою давнюю страсть к писательству, которую отцу реализовать было не суждено. Исповедуя традиционные ценности, он не ощущает себя наказанным за убийство человека, всю жизнь изменявшего себе, в душе верившего в незыблемость традиционных взглядов, но внешне исповедовавшего европейские. Для убийцы тюрьма становится прекрасной возможностью начать новую жизнь.

Как и в романе «Снег», в повествовании важную роль играет театр. Но если в «Снеге» театральная пьеса, режиссер которой неудачно попытался поставить спектакль в жизни, являлась только частью текста, то в «Рыжеволосой Женщине» весь текст является пьесой, за разыгрыванием которой мы наблюдаем, сами того не зная.

Новый роман Орхана Памука демонстрирует эволюцию настроений, которые нашли свое выражение в том, что сейчас происходит на Ближнем Востоке. По мере роста восточной пассионарности, в нынешних исторических обстоятельствах мы видим не только подъем исламского фундаментализма (что было показано в романе «Снег»), не столько умеренное порицание отошедших от традиционных ценностей героев, чья жизнь сложилась несчастливо (что показано на примере судеб героев романа «Музей невинности»); не столько легкую грусть по безвозвратно ушедшему традиционному прошлому (что изображено в романе «Мои странные мысли»), сколько уже четко выраженное в романе «Рыжеволосая Женщина» агрессивное стремление справедливо наказать тех, кто и так уже жизнью наказан за отступление от важных для Востока семейных ценностей.

Мир знает Орхана Памука как экспериментатора с неотъемлемыми элементами театра – с цветом, с формой, с пространством. Истории, рассказанные в ранних романах, вполне могли произойти в другом месте и в другое время. Начиная со «Снега» они жестко привязаны к месту и ко времени. Памук, словно опытный художник-постановщик, обставляет реквизитом свои истории. И если первые его романы лишь иллюстрации этих историй, то последующие становятся их полноразмерной инсценировкой. В конце концов театр полностью поглощает текст.

Театр романов Орхана Памука меняется вместе со временем. Остается гадать, какую пьесу нам покажут в следующий раз.

Аполлинария Аврутина
Есть границы между странами, но нет границ между сердцами...
Ülkeler arasında sınırlar vardır ama kalpler arasında sınır yoktur..

Аватара пользователя
Лёля
Всем энгинистам Энгинист
Сообщения: 16934
Зарегистрирован: 18 ноя 2013, 13:04
Репутация: 5

Книги турецких писателей и книги о Турции

#93 Сообщение Лёля » 14 дек 2017, 17:43

Эльчин Сафарли "Когда вернусь, будь дома"
Аннотация
Теперь я отчетливее ощущаю вечность жизни. Никто не умрет, и те, кто любил друг друга в одной жизни, непременно встретятся после. Тело, имя, национальность – все будет иным, но нас притянет магнитом: любовь связывает навсегда. А пока что я проживаю жизнь – люблю и, бывает, устаю от любви. Запоминаю мгновения, бережно храню в себе эту память, чтобы завтра или в следующей жизни обо всем написать.

Отрывки
Не придумывай себе ад
Досту,


тут круглый год зима. Колкий северный ветер – он часто ворчит низким голосом, но, бывает, переходит на крик – не выпускает из плена белесую землю и ее жителей. Многие из них с рождения не покидали этих краев, гордясь своей преданностью. Есть и те, кто из года в год убегает отсюда на другой берег океана. В основном шатенки с яркими ногтями.


В последние пять дней ноября, когда океан смиренно отступает, склоняя голову, они – с чемоданчиком в одной руке, с детьми в другой – спешат к причалу, закутавшись в коричневые плащи-мантии. Дамы – из тех, что преданы родине, – сквозь щели закрытых ставень провожают взглядом беглянок, ухмыляются – то ли из зависти, то ли от мудрости. «Придумали себе ад. Обесценили свою землю, полагая, что лучше там, куда еще не добрались».


Нам с твоей мамой тут хорошо. Вечерами она читает вслух книги о ветрах. Торжественным голосом, с гордым видом причастной к волшебству. В такие минуты Мария напоминает ведущих прогноза погоды.

«…Скорость достигает двадцати – сорока метров в секунду. Дует постоянно, охватывая широкую полосу побережья. По мере движения восходящих потоков ветер наблюдается на все более значительной части нижней тропосферы, поднимаясь вверх на несколько километров».


На столе перед ней стопка библиотечных книг и чайник липового чая, заваренного с сушеной апельсиновой коркой. «За что ты любишь этот неугомонный ветер?» – спрашиваю. Возвращает чашку на блюдце, перелистывает страницу. «Он напоминает меня молодую».


Когда темнеет, на улицу почти не выхожу. Отсиживаюсь в нашем доме, где пахнет ройбушем, размягченной глиной и печеньем с малиновым джемом, твоим любимым. Оно всегда у нас есть, мама твою порцию убирает в шкаф: вдруг ты, как в детстве, вбежишь из знойного дня на кухню за базиликовым лимонадом и печеньем.


Не люблю темное время суток и темную воду океана – они гнетут тоской по тебе, Досту. Дома, рядом с Марией, мне легче, становлюсь к тебе ближе.

Не буду тебя расстраивать, расскажу о другом.


По утрам, до обеда, мама трудится в библиотеке. Книги тут – единственное развлечение, все остальное почти недоступно из-за ветра, сырости и характера местных жителей. Есть танцевальный кружок, но туда мало кто ходит.


Я работаю в пекарне недалеко от дома, вымешиваю тесто. Вручную. Мы с Амиром, моим компаньоном, печем хлеб – белый, ржаной, с оливками, вялеными овощами и инжиром. Вкусный, тебе бы понравился. Не используем дрожжи, только натуральную закваску.


Досту, печь хлеб – подвиг трудолюбия и терпения. Это не так просто, как кажется со стороны. Не представляю себя без этого дела, я словно и не был человеком цифр.


Скучаю. Папа

Отзывы
KeriTeri

"Нам так много дано, а мы не ценим" Я так ждала её! Так ждала! Открыла книгу и пропала. Эта особенная атмосфера книг Сафарли. На одном дыхании. История о любви отца к дочери, о заснеженном океане, о любви,о поисках своего берега... Хочется взять книгу,где притаилось много мудрости, прижать к себе и никуда не отпускать...а на вдруг возникнувший волнующий тебя вопрос, открыть любую страничку и найти ответ. Мой Сафарли! Больше чем писатель! Обладает удивительной способностью прикоснуться своими текстами к сердцу, проникнуть в самые потаённые уголки твоей души,открывая в нас любовь и доброту.
P.S. а ещё хочется бежать на кухню и печь булочки, солнечные булочки, ведь книга наполнена наивкуснейшими ароматами выпечки!


Aleksandra_fox

Жизнь - это просто путь. Наслаждайся. Мне всегда нравилось с какой легкостью Сафарли рассуждает о жизни и о своих поступках. Как-будто бы он знает чуть-чуть больше, чем мы..столько мудрости, грусти, а порой и кричащей боли в его книгах, что, иногда, невольно, я сравнивала его с философом, который знает практически всё. На любую жизненную проблему у автора есть своя мудрость, простая, но такая настоящая. Особенный стиль есть у Сафарли: сочетать уют с полу-грустью, семейные ценности с интимной близостью двух любящих, кулинарные рецепты с описанием моря..и так до бесконечности. В его книгах можно испытывать весь спектр эмоций - от искренней радости, до боли и слез. Его книги читаю не из-за сюжетов, а их-за близости, которой автор делится с нами, за его теплые выражения, грустные нотки, музыкальные образы и теплые семейные посиделки. В этой маленькой книге поместилась история Ганса, Марии и их любимой и единственной дочери Досту, а еще здесь очень много цитат и мудрых мыслей, которыми отце делится со своей дочерью посредством писем..Грустная вышла история, но зато настоящая и это чувствуется. Песни из книги - просто шикарны. Это музыка настолько в моём вкусе, что просто невероятно! Чего только стоит одна из моих любимых песен Ella Fitzgerald - Summertime , которая здесь упоминается. Это так приятный бонус!))

krohina
Печальная реальность Становится грустно от того, что так мало надо сегодня, чтобы написать "бестселлер". Давно зареклась читать книги с первой страницы Лайвлиба, однако обложка и описание привлекли, но и это книга оказалась дешевым чтивом, напичканным всеми возможными штампами. Для таких, как я, которые перед прочтением книги сначала знакомятся с рецензиями, скажу: это сборник примерно 50 афоризмов, к каждому из которых приписана история в рамках общего сюжета. Смерть, потери, боль, печаль, но мы выживем, мы сильные, т.д. Закрой глаза и расстворись в свободе, какая разница, что было, главное, что будет! Никогда не поздно начать заново! Ты найдешь счастье, когда прекратишь поиски. Я думаю, можно в целом представить уровень этой книги. Печально. К слову, автор советует поезжать к морю и отдать ему свою печаль. Наверное, этим и займусь, благо до моря пару минут пешком.

После Мне тебя обещали зарекалась больше не покупать Сафарли, но, вот черт, обложки у него такие соблазнительные. Я долго сопротивлялась, но эту книгу все-таки купила. Получила тот же результат. Огромная куча "глубоких" мыслей, которые не складываются в один текст, а читаются как сборник цитаток в контактике. Ну и обязательно надо умереть. Книга читается за час и забывается примерно за то же время. 5/10 - это не плохо, это нейтрально. Потому что оценить я это не могу. С одной стороны, читала и похуже, а с другой - книга испарится из моей памяти быстрее, чем я дочитаю следующую. Настолько она меня не впечатлила. Никто не задумывался о том, что, судя по всему, Сафарли платят постранично? Серьезно, больше пустого места только в Сказке о самоубийстве .
Подробнее на livelib.ru:
https://www.livelib.ru/book/1002626266- ... in-safarli

Мои впечатления.
Прочиталось действительно за пару часов. Не увлекло по-настоящему. Идея неплоха: отец пишет письма своей погибшей дочери из города, где вечная зима. Зима здесь, очевидно, символ смерти при жизни, ведь ничем утешиться этот человек не может, он ждет и ждет, когда его дочь вернется домой. Причем то, что она умерла, становится понятно очень быстро, напряженную интригу сохранить не удается, на мой взгляд. Все, что занимает более 200 страниц можно было бы поместить в одно письмо , зато с более напряженной коллизией. За образами не почувствовала характеров, индивидуальной судьбы героев...Сафарли - мастер плести словеса...но словеса ради словес мне скучны...все-таки. Если в "Сладкой соли Босфора" они уместны, ведь там главное-любовь автора к Стамбулу, то здесь....мне хотелось бы все же сюжета.Ну и старик...вернее внутренний мир старика 70-лет у Сафарли явно не получился...мне, конечно, не 70, но я старше Сафарли, потому отсутствие прожитого опыта в том, что он пишет чувствую. Он повторяется, к сожалению....
Есть границы между странами, но нет границ между сердцами...
Ülkeler arasında sınırlar vardır ama kalpler arasında sınır yoktur..


Вернуться в «Турецкий язык и литература»

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 1 гость